Однажды маленький мальчик возвращался из детского сада домой. Мама заметила, что он прихрамывает.

- Я так ударился коленкой, мам… У меня там такой синяк! – Признался мальчик.

Мама присела рядом с сыном, принялась поглаживать больную коленку мальчика и затянула известную охранную песенку-считалочку.

- У птички – боли, у собачки – боли, у кошечки – боли, а у сынка моего – не боли!

Просыпаться не в 5, а в 7 и готовить не яичницу, а блины, кашу или оладьи.
Медленно и вдумчиво заниматься мытьем посуды и стиркой.
Встречать детей из школы и помогать им с уроками.
Выслушивать старшего сына, не засыпая.
Стирать мужу носки.
Болтать с подругой по телефону сколько влезет, а не сколько положено.
Ходить в театры не по принуждению ( с чужими детьми), а по собственному желанию (и со своими).
Радоваться не только весне ( потому, что учебный год заканчивается), но и осени (несмотря на то, что он начинается).
В каникулы поехать отдохнуть, а не писать всякие отчеты.
Летом заняться консервированием, а не репетиторством.

Разбитые окна остаются окнами

Они бывают чистыми и закрытыми, радуют красками мира в них, когда он холоден.
Они бывают открытыми, и ты становишься избранным ветром, ворвавшимся через.
Они бывают грязными, пыль времен и нашего безразличия покрывают их, раскрывая нашу беспомощность.

А еще они бывают разбитыми; но что их делает тем что они есть – стекла, рамы или стены вокруг них – МЫ, мы делаем их таковыми, делаем их из себя.
Поэтому даже разбитые окна остаются окнами.

Бегущим по краю не понять, что за ним.
Я перешагнул черту, надо мной Облака наливаются кровью и опускаются к горизонту. Мне за ними, но не так быстро. Я иду чуть дыша, осторожно ступая по прохладной траве Солнце все глубже погружается в края. Глаза режет яркий свет, но я не щурюсь я хочу увидеть всё больше чем всё, увидеть, запомнить и донести до края, до моего обрыва, за которым…

Ветер кричит мне, что ему все равно с ним я или нет. Он рвет с меня одежду и сбивает дыхание – я задыхаюсь. Бежать? Нет, я не могу. Все на что меня хватает это, сжимая до скрежета зубы, закрывая лицо руками, идти против.

Ветер срывает метал с крыш, срывает с дорог и поднимает в воздух машины, а потом бросает все это мне на встречу. Искореженные куски вырывают из меня клочья, ломают кости и сбивают с ног. Падая в грязные лужи, без сил подняться, я вдыхаю холодную воду, наполняю легкие до предела и выблевываю ее назад.

Представьте себе пустыню. Представили? Видите желтые сыпучие барханы с волнообразными хребтами? Вот подул теплый сухой ветер, поднимая то ли желтую пыль, то ли даже песок. Местами, там где песка нет, вы видите твердую потрескавшуюся землю с какими-то сухими колючими веточками. Вот сидит ящерица. Необычная, такие водятся только в пустыне. Она сидит и смотрит неподвижным взглядом неизвестно куда. Наверно, думает о чем-то.
Только представить: ведь на этой безводной, практически голой земле живет очень много живых существ! Достаточно для того, чтобы кормить друг друга. А с первого взгляда... Вы видите кого-нибудь? И я никого... (Ящерица зарылась в песок).
На горизонте марево. Там все шевелится, колышится... И солнце в самом зените. Жуткое пекло. Даже ветер не облегчает жару. Ой... это что – скорпион?

Забудьте о том, кто вы есть. Забудьте о том, что у вас есть. Забудьте все: ваше положение, ваш социальный статус и ваши достижения. Забудьте, в какой семье вы выросли и где учились. Забудьте, где вы работали, где собираетесь работать или работаете сейчас. Забудьте все, что вы имеете в этой жизни. Абсолютно все. Попробуйте представить себе другую жизнь.
Вы рождаетесь. Вы пятый ребенок в семье. Ваша мать очень счастлива, потому что вы родились здоровеньким и крепким ребенком – это значит, что у вас больше шансов выжить в первые годы вашей жизни. Вам повезло, и вы выживаете.
 Вы растете, учитесь ходить, разговаривать, начинаете понимать многие вещи. И вы постоянно чувствуете голод, потому что ваша семья бедна, и прокормить пятерых детей, не имея постоянной работы, очень трудно.

- Я купила нам билеты в Сочи.
- Не совсем понял.
- Я купила нам билеты в Сочи. На выходные. В пятницу вечером улетаем, в понедельник утром возвращаемся. Очень удобные рейсы. И в пятницу не придется с работы раньше времени сбегать, и в понедельник вполне успеваем.
- Мда. Пойдем кофе попьем.

Я подошёл к девушке вплотную, обнял и внимательно посмотрел в её блестящие в лунном свете глаза.
— Ну почему мы встретились с тобой лишь во сне, а не в реальном мире?
— Но это и есть реальный мир!
Я хмыкнул, выпустил её из своих рук и облокотился о стоящий тут же мой велосипед.
— Нет, это сон, поверь мне, — сказал я с грустью в голосе и снова подошёл к ней, прижав вплотную к себе.
Мои руки жадно бегали по её спине, губы слились с её губами в поцелуе.
 Я начал расстёгивать пуговицы её платья на спине. Сверху вниз — от самого затылка, где они были прикрыты мягкими каштановыми волосами, — и до лёгкого пояска на талии. Первая, вторая, третья. Каждая пуговка давалась мне с большим трудом. Петельки перекручивались, плюс они были очень маленькими. Четвёртая, пятая, шестая…

Грех возможен только по отношению к пустоте в том или ином виде…

Мужество и героизм в любом случае приводят к насилию, прежде всего, над самим собой.

Бывает очаг ядерного взрыва, бывает очаг эпидемии, бывает семейный очаг… Все зависит от того, какой смысл мы вкладываем в расхожее слово любовь…

Для влюбленной женщины вполне естественно остаться невинной, родив бога, а для влюбленного мужчины нет ничего легче, как поверить в непорочное зачатие, но влюбленных так мало, что их впору обожествлять…