-...Ты не поймешь.
-Почему?
-Человек..
Человек? Да, человек. А ты? Не человек. Нечеловек.
Что это значит? Не знаю. Мы слишком разные, чтобы когда-нибудь придти к общему знаменателю и взглянуть друг на друга с одной точки зрения. А еще - это слишком.. сказочно, чтобы подпадать под какие-либо определения.
Что это значит для меня? Наверное, надежда. На то, что мир больше, лучше и умнее, чем кажется. На то, что кто-то понимает. Даже если это понимание - всего лишь еще одна иллюзия.
Может, я учусь; может, когда-нибудь я стану понимать тебя - или откажусь от попыток. А пока - бесконечные диалоги, похожие, как две капли в стакане..

В давнее время на Земле кто только ни жил! И мужчины, и женщины, и просто люди, и недоразвитые обезьяны. И ангелы по праздникам с небес спускались. На людей посмотреть и себя показать.

В городе N у самого синего моря жил-был старик. Жил он бедно. А был довольно хорошо. В женах у старика числилась женщина без души – красавица неандерталка. С длинными бритыми ногами и пышным бюстом. Сам старик считал себя человеком и мужчиной. Хотя… эх… часто не дотягивал он ни до того, ни до другого. Жил он со своей красавицей-неандерталкой только из-за пристрастия к сексу. И к регулярному трехразовому питанию.

Из смс прошлых зим.
- « мне кажется, зима – это вселенский покой - так хорошо на улице»
- « и тебе доброе утро, любимая! Какой философский настрой с утра»

Сегодня я вырвала из своего Дневника страницы, посвященные своей любви. Их было 22, почти как то количество лет, что я успела прожить. Одна страница за каждый год, не слишком ли высока цена? Сколько всего произошло за то время, как были исписаны эти страницы… Время… Время – какое магическое слово…

Игорька накрыло в 4:30 утра, когда он завзято переругивался с оператором транспортера. Транспортерная лента грелась. Смена не выполняла план. Автомат вырубал подачу электричества каждые десять минут, пока, наконец, агрегат не остановился окончательно. Игорек, не поленившись, прошел назад, до самого операторского пункта, где и нашел Альбертыча, со слезящимися глазами, в обрамлении цельнометаллического телефона и вырезок из газеты «Коммунист».
- Альберыч! Чего стоим?
- Автоматика...
- Херня получается! Хлопцы только начали еб***ть, а тут ты, блин, со своим прибором! И автоматикой!

Весной 14-го года правления герцога Аи из Лу (481 до р.Хр.)
была загородная охота и гонщик барона Шусуна по имени
Шушанг поймал странное животное, которое явилось предзнаменованием великого несчастья. Конфуций осмотрел его и сказал, что это единорог, повелев людям отвести его в дом. Он сказал,-"Увы, в жёлтой реке уже не ловятся черепахи с магической анаграмой на панцире и не появляются священные писмена из реки Ло. Я отчаялся." Когда умер Йен Хуэй, Конфуций сказал,-"Я вижу, что Небо отлучает меня от моей миссии". А когда он увидел этого единорога, он сказал,
что настал конец всему. Он глубоко вздохнул и прибавил,-
"Никто в мире не может меня понять". Тогда Тсекунг спросил его,- "Почему ты утверждаешь, что никто не может понять тебя?" И Конфуций ответил ему,-"Я не упрекаю Небеса, и Я не осуждаю людей.

Желание бороться со злом, приводит тебя в светлую армию добра. Вступая в битву с вражеской тьмой, ты невольно становишься воином зла. Парадокс или закономерность?

Множество детей Адама и Евы, рождённых до грехопадения родителей своих, не вкушали плодов древа. Но, будучи изгнанными, из рая, стали чужды своим родителям своей непорочностью. Они пополнили армию вражеской тьмы.

Поверженный и изгнанный Архангел со своими единомышленниками и приверженцами Ангелами лишились звания светлых. Но не лишились силы и не были уничтожены. Им вручена была полная власть над детьми Адама и Евы, рождённых в раю до изгнания и право искушать и испытывать как самих прародителей, так и их земных потомков.

Желтая банановая шкурка летела игриво кружась, а потом смачно шлепнулась на сырую и невкусную землю. Земля была еще влажной от дождя. Тридцатиградусная июльская жара сменилась сочной августовской прохладой. Сегодня был дождь. Дождь был и вчера. И ночью тоже был дождь. А сейчас дождя не было. Осталась только свежесть, которая обычно расстилается по городу после дождя и появилось ощущение чего-то нового, которое нарастало с каждой секундой. Но Шкурка не ощущала этого, она лежала своим гладким желтеньким тельцем в этой грязи. К Шкурке подбежала бродячая собака. Шерсть на ней висела клоками, шкура обтягивала худое собачье тело. Два любопытных голодных глаза смотрели на Шкурку. Такие добрые и преданные глаза бывают только у бродячих собак. Добрые, преданные и одновременно голодные. Хорошие глаза. Глаза смотрели, а мокрый вздернутый Собачий нос обнюхивал Шкурку. Не увидев и не унюхав в Шкурке ничего интересного, Собака побежала прочь весело покручивая хвостом.

Оно есть. Пускай действительно не в двух шагах. В одном шаге. Разница в том, куда шагать. Можно шагнуть вниз – черная, ослепляющая своей чернотой тьма затянет тебя в смерть. Можно шагнуть в сторону … от счастья. Можно шагнуть вверх. И ты попадешь в небо…светлое, зовущее, манящее… оно идеально.… Поэтому счастье в нем видят только ангелы. 
А можно шагнуть внутрь, даже не заметив этого. И ты увидишь счастье… абстракцию из серо-желтых линий, движущуюся систему из радости, мечты и боли. И, как ни странно, она не будет сталкиваться ни одной своей гранью с любовью, которая колышется где-то рядом. Поэтому счастье возможно без любви. Даже любви к себе – она лишь часть соседней системы.
Сделать шаг внутрь… Единственный путь к спасению. Только двери открываются не для каждого…

Он мне позвонил и своим тихим, вкрадчивым, воландовским голосом сказал:- Из двух разочарований получилось счастье. Из двух ошибок получилась нежность. Из двух детей получилась взрослая страсть. Из двух смертей получилась жизнь. Я, закрыв глаза, всей своей дьявольской сущностью вздохнула:- Из двух разочарований получился обман. Из двух детей получился страх. Из двух смертей получилась только смерть. Я врала – ты верил, ты убеждал – я отрицала. А потом мне надоело. Получилась только ложь. Ты и я… Нет.. Ты и то ,что ты принимал за меня. Из двух несчастий любовь не получается…На следующий день мне позвонили и сказали, что он покончил жизнь самоубийством. Я улыбнулась зареванному ангелу, который мне это сообщил и напугала ее непонятной фразой: «Забыла сказать, из обмана и веры получается смерть.»