| Статистика |
Онлайн всего: 1 Гостей: 1 Пользователей: 0 |
|
Вслед уходящему лету
...постоянно замечая за собой эту черту, и уже свыкнувшись с ней, Карл стремился каждое лето свести к минимуму воздействие всех тех внешних факторов, которые в любой другой сезон давали бы ему пищу для печатания на экране своего текстового процессора букв, складывающихся в слова, образующие новые предложения, фразы, абзацы. В самом деле, лето предлагает столько соблазнов, манит его увлекательными приключениям, новыми знакомствами, словом - делает все, что в силах природы и случая, чтобы вытащить Карла из уютного кресла перед камином, где он так любит сиживать в прохладную, - нет, промозглую! - погоду, занимаясь комбинаторикой текстового символизма для выражения собственных мыслей.
Все начинается в первый солнечный выходной день лета, когда, скинув надоевшее за долгую зиму пальто, Карл выползает на улицу не просто, чтобы купить сигарет или бутылку Каберне, а именно с целью посидеть на лавочке в своем уютном маленьком дворике с большой аркой, позволяющей обозревать почти сорокаметровый сегмент Джонсонс Авеню. Наблюдая за снующими прохожими, жмурящимися в лучах еще не набравшего смертоносную силу солнца, и автомобилями, распахнувшими свои боковые окна или откинувшими конвертибльную крышу, Карл впервые ощущает надвигающуюся сладкую угрозу летнего застоя в работе. Теперь его будет безудержно тянуть на улицу, на свежий воздух, за город, на крышу - куда угодно, лишь бы не оставаться дома, один-на-один с ноутбуком, укоризненно глядящим на него своим единственным потухшим глазом.
Вторая волна, окончательно расставляющая точки над i и приносящее цунамическое, непреодолимое смятение в мысли и чувства, приходит поздно вечером, когда Карл выходит на балконаду в своем пентхаузе чтобы покурить сигарету. Открывающийся вид на глубокое июльское небо, на яркие звезды и пастуха-месяца, стерегущего покой своих верных и вечных спутников, захватывает дух, блокирует дыхание, рвет в клочья воображение и наполняет душу невыносимой, почти болезненной легкостью и желанием воспарить - I dreamt I could fly... over the sky following you - и унестись вверх, дотянуться до каждой самой маленькой звезды, пригреть ее, приласкать, покачать на руках и почитать стихи, чтобы она уснула с улыбкой в крепких и нежных руках. Одновременно, земные чувства притупляются, почти отключаются от феерически громкого унисона красок, света и теней, резкости, контрастности, насыщенности, смешения цветового баланса в ультра-инфра-за-пределами-человеческого-понимания диапазоне восприятия, который врезается в сознание Карла снизу, оттуда, куда льют свой свет луна и небесные светила. Буйство зелени деревьев Даддл-парка вгрызается в яркий неоновый свет уличных фонарей, в освещение гостиничного комплекса и речной пристани, вкупе с перемигивающимися огоньками, украшающими речные пароходы; Блики фар на темных стеклах домов внизу, кажется, подимигивают дрожащему сигаретному огоньку - привет, друг, как тебе живется, брат-светлячок? Лунная дорожка на поверхности воды переливается немыслимым радужным букетом. Летящий в ночном небе самолет манит к себе поочередным миганием зеленого и красного огоньков под крылами, будто бы говоря: я ближе к звездам, на все смотрю свысока, вижу все, знаю все, мы вместе приближаемся к вечности, друг мой...
От всего этого нестерпимого буйства ночной жизни, когда окружающий, но в тоже время удалившийся из сознания прочь мегаполис погружается в сонное воркование такси, в глухой бум ночных клубов и ресторанов, когда теплый ветер играет волосами и что-то нежно шепчет на ушко, Карла охватывает, - нет, ЗАХВАТЫВАЕТ, подчиняя себе и разум, и волю! - бесконечно длящееся ощущение любви ко всему Человечеству, к Земле, к Природе, к Свободе, и, в тоже время, необъяснимая тоска по чему-то незамеченному сковывает сердце и щемит уголки души. Нечто неуловимое, Божественное, ветром скользит внутри его живота, подбираясь к самому сокровенному и потаенному уголку его спиритического сознания, к той части органа шестого чувства, которое отвечает за его Ка. И это будет продолжаться до тех пор пока изможденный человек не упадет в бессилии на свое ложе и не забудется крепким сном.
На следующий день Карл проснется другим человеком, совсем непохожим на Карла Уинзмора, лауреата Пулицеровской премии, члена Академии Искусств, выдающегося писателя современности, безумного гения адаптирующегося поколения, и останется таким, другим, до первого холодного сентябрьского дождя. Писатель внутри него будет продолжать фиксировать в свой маленький блокнотик всё происходящее вокруг, описывать характеры соучастников, фотографировать место "преступления", снимать свидетельские показания и извлекать улики... Но Карлов BIOS будет кастрирован ровно вполовину и сможет только принимать информацию и копить ее на жестких дисках, не выводя ни в один из видов пользовательского интерфейса, до самой осени...
|
| Категория: Миниатюры | Добавил: admin (08.12.2012)
| Автор: Павел Однолетков
|
| Просмотров: 217 | Комментарии: 1
| Рейтинг: 0.0/0 |
|
|
|