| Статистика |
Онлайн всего: 1 Гостей: 1 Пользователей: 0 |
|
Колесо обозрения
***
В начале было слово. Тихое, неразборчивое...
-Что? - брови Саава чуть дрогнули. - не слышу тебя, моя хорошая.
Прохладный полумрак, покоящий утреннюю тишину, казалось, колыхнулся, разбудив невнятные шепотки и шуршание по углам кухни. Контуры газеты на мгновение расплылись, и из водоворота букв растерянного взгляда Саава коснулась чья-то ироничная ухмылка... Впрочем, сознание едва успело кольнуть удивлением, как мир уже вернулся в привычное за четыре года домашней жизни русло.
- Что? Прости, не слышал тебя...
- То. Все ты слышал и все понял, и х-хорош уже тут дуру из меня строить. Я тебе что - клоун, на раз-два повторяться? - Амелия вдруг ощутила странное, стыдливо обжигающее наслаждение от того, что вот - она уже и не в силах сдерживать грызущую ее злость, и с этим к ней внезапно вернулось хорошее настроение. - Ладно. Не хочешь - не надо, сама справлюсь, сиди, грей жопу.
- Ммм.. Хм... Сама, так сама. Сказала б по-человечески, помог бы. - Саав втянул голову в плечи и натужно покрутил затекшей шеей, пытаясь вспомнить минутной давности ощущение внутренного равновесия... Но оно, стремительно ускользая от его осязания, без следа растворялось в нарастающем предчувствии головной боли.
Всё. Утро кончилось - подумал Саав. - Ладно, черт с ним, пойду, гляну что там у неё...
***
- В середине там глянь, ниже, ниже... тьфу, титтваюмать - совсем ниже, что ты как...Ага. Оно. Давай тяни во всю дурь.
- А не ёбнет? - залихватски шмыгнув, осведомился Заур
- Я сам тебя щас ёбну. Тяни давай, чудо в перьях!
Интеллигент в четвертом поколении, Аркадий Аполлоныч в последнее время зачем-то совсем не гнушался говорить одним языком с теми, кого еще два года назад считал безнадежно далекими и неисправимо грязными. И сейчас, с этим диковатым юнцом, иногда с трудом подбиравшим русские слова, зато изрядно поднаторевшим в трехэтажных ненормативных оборотах, он чувствовал себя эдаким дирижером, в чьи обязанности, само собой, не входит виртуозное владение всеми инструментами, посредством которых, однако же, проникает он в души и мысли целого оркестра...
- Жив? - Аркадий Аполлоныч состроил удивленную мину. - Вот дела! Я уж думал...
- Куда её деть будэм? Холодно уже, хватыт мнэ тут... - Заур явно желал выйти наружу, в свет. Его глаза тревожно поблескивали во мраке щитовой
- Погодь, джигит. На вот, еще эту хреновину на место поставь, где было...
Он осекся... Рука Заура оттолкнула его плечо от проема. Больно вжавшись в бетонное ребро, он с отвращением слышал как вонючая засаленная спецовка с мерзким присвистом прошуршала по его груди.
- Сам там стой, меня мама дома ждёт. Жив я, да? А ты удывлятса?
- Да я ж шутил, Заур... - Аркадий Аполлоныч нерешительно попытался скосить взгляд на свою грудь, но спохватился и, вымученно улыбнувшись, добавил со всей возможной мягкостью - Шутил. Прости, я ж не знал...
- А я боялса ты шутыл. - Заур уже не пытался скрыть акцент. - Всо. Завтэра нэ прыйду... Дэнги сибэ астав - бросил он на ходу через плечо, и скрылся за углом Здания.
Аркадий Аполлноныч как-то вдруг обмяк. В голове было пусто. Осмотревши внимательно отворот своего пальто, он обнаружил на нем явные следы трансформаторного масла и отсутствие одной пуговицы. Это, как ни странно, окончательно успокоило его и он лишь выдохнул с облегчением:
- Дикарь...
***
В конце коридора не горело ни одной лампы и свет луны, пронизывая грязь на стеклах, превращал лица собеседников в подобия воинственных африканских масок. Смерть подоконнику - он натужно трещал под весом одного из них, как бы предвещая скорую трагическую развязку.
- Да я уж почти ушел, а они предложили... - шелестел сиплым баритоном медведеподобный
- Знали? - Голос собеседника, стоявшего в самом углу, и лицо его, казалось, ежесекундно ныряли из света в тень
- Чего?
- Ну, что ты уходить собрался.
Тучный помял подоконник, тот ответил ему почти предсмертным хрипом.
- Да кто их поймет. Просто совпало, наверное. Не знаю. Не думаю... Черт его... Какая разница?
- Ну да. Кинут кость, как Каштанке. А потом все снова. Ты ж всему веришь, как.... как Каштанка
Тучный слез, наконец, с окна. Подоконная доска отложив на время свою гибель и вместо этого радостно крякнув, неожиданно выпрямилась. В наступившей тишине тучный похлопал себя по тугому заду, отряхивая его от пыли и скверны, и выронил в пол:
- Спасибо. Ты настоящий друг.
- Да ладно. Пожалуйста. Пошли уже, пивка дёрнем, что ли? - Лицо собеседника внезапно высветилось, и в проеме окна резко обозначился его огромный нос, похожий на уличный указатель. Он крутнул головой и, оживившись, стал медленно отслоняться от стены в сторону тучного.
- Иди - бросил тот в пустоту
- То есть, как так - иди? Пошли? - носатый мягко взял тучного за рукав
- Иди. Иди к черту! - внезапно рванув руку на себя, взвизгнул тот - Отстань…
Тучный теперь полностью погрузился в тень, открыв изумленному лицу носатому полосу света, широко бившую из невесть откуда взявшейся чистой полосы стекла. Видать, уборщица проверяла в этом забытом людьми закоулке Здания волшебные свойства своей новой тряпки. Тряпка, по всему видать, и вправду была волшебной – в новом свете носатый казался теперь едва ли не больше своего собеседника:
- Ну-у-у, опять. – скорбно отпел носатый, - Ладно, забудь, глупость ляпнул. А только и правда, ты бы хоть о себе разок подумал. Ведь как эрцешников по местам расставить, так ты прямо Железный канцлер. Я так ни в жисть бы… А тут свой ведь интерес, шкурный, ну? Понять бы тебя. Ведь умный же мужик! Не мне, дохлому, чета, я ж знаю…
- Значит, не умный. Какой есть, понял? Живи как хочешь, а я уж таким и подохну, дураком, - тучный снова сделал попытку оседлать подоконник… - Тебе, скользкому, все равно не понять… ать-чёрт!
Речь его прервал сухой треск и грохот лопнувшего стекла. Кислое лицо носатого в миг прояснилось, когда он осознал, что стоит в столбе пыли и взирает сквозь припущенные веки на то, как тучный держит в руках белую подоконную доску. Одним концом доска упиралась носатому в левое колено, а вторым простерлась между рамами, в том самом месте, где еще минуту назад красовался след от волшебной тряпки…
…
- Так. Всё. Теперь – быстро тикаем отсюда – давя смех, прокряхтел носатый.
- Всё. Всё. Сейчас только, погоди – тучный, сделав было движение приладить на место подоконную доску, вдруг широко улыбнулся, аккуратно поставил ее у стены, не спеша развернулся к настороженно сдерживающему смех носатому и расхохотался ему прямо в живот:
- Ладно, Савка… Хорош гундеть. Айда по пивку бахнем
- Ага, самое время! Пошли, пока вечер…
- Мне еще сегодня парнишку одного проведать надо, зайдем к нему? - тут недалеко, я ему должен…
- А меня Амалия с утра помочь просила… - задумчиво протянул Саав. - Аркаш, может того, в другой раз?
- Ну, в другой, так в другой. Куда мы друг от друга денемся?
- Вся жизнь впереди…
- Надейся и жди
Оба рассмеялись в последний раз и стремительно вытекли на шумную улицу…
|
| Категория: Миниатюры | Добавил: admin (02.12.2012)
| Автор: Кирилл Широков
|
| Просмотров: 255 | Комментарии: 1
| Рейтинг: 0.0/0 |
|
|
|